Во деревне то было, в Ольховке…

  • Во деревне то было, в Ольховке…
  • Во деревне то было, в Ольховке…
Край трех культур – так можно было бы назвать Ольховский район Волгоградской области. Русская культура издавна живет в селах левобережья реки Иловли. Наследие украинской культуры сосредоточено здесь, в основном, в селе Гусевка. А северовосточная часть района с глубокой старины стала историческим оплотом старообрядчества в наших краях. Подробней об этом расскажет обозреватель «ВП» Александр ЛИТВИНОВ.

Казаки, украинцы и русские

Исторически левобережье реки Иловли на территории Ольховского района – земли волжского казачества. И села находятся здесь чисто русские – Липовка, Ягодное, Романовка…

В центральной части района, в селах Ольховка и Каменный Брод, по большей части, проживает украинское население. Туда, на земли местных крупных помещиков – Персидского, Савельева, основавших здесь когда-то свои слободы, – оно переселилось на рубеже XVII–XVIII веков.

В селах этих до сих пор говорят на так называемом суржике – языке русскоязычных областей Украины, представляющем собой интересную смесь русского и украинского языков.

А северо-восточная часть Ольховского района – чисто казачья. Эти места – бывшая территория Области Войска Донского. Здесь, в хуторах Киреев, Гуров, Новая Ольховка жили с давних пор в основном казаки старообрядческого толка.

Причем из хутора Гурова вышли даже два предстоятеля Русской древлеправославной старообрядческой церкви – архиепископ Иоанн (Картушин) и его племянник Мелетий...

Именно в этих краях в начале XVIII века, готовясь к штурму города Саратова, стоял со своим войском предводитель народного восстания на Дону войсковой атаман донских казаков Кондратий Булавин.

Восставшая из пепла

В пору Гражданской войны многие казаки из местных хуторов подались воевать на стороне Деникина. А потому, когда она закончилась победой красных, этим хуторам и жившим в них казакам довелось отведать лиха – репрессии прошлись по ним на редкость жестко.

Хутор Новенький – так ласково называют зачастую свою родную Новую Ольховку ее жители. Речка Ольховка, на берегах которой он находится, была когда-то много глубже, чем сейчас, рыбы водилось в ней, вспоминают старожилы, немерено.

Деревня эта за время своего существования выгорала дважды полностью, дотла. Казаки восстанавливали, как говорится, всем миром. Уходить с насиженных мест никто не хотел.

В Новой Ольховке проходил в не столь уж давнем прошлом традиционный Всероссийский слет Ольховок – всех сел с этим названием, какие только есть в России, и приезжали сюда многие ольховцы изо всех концов страны.

Обитель старины

Блюда казачьей кухни, приготовленные руками жительниц Новой Ольховки, на проходившем в рамках слета конкурсе мастериц кулинарии заняли первое место. Причем к каждому из них они сочинили и собственное стихотворное посвящение! Талантами местные жители славятся давно.

Достопримечательность Новой Ольховки – небольшой музей, созданный местными энтузиастами. Впрочем, это, скорее, хуторской центр старинной казачьей культуры.

– Шестнадцать лет назад, в 2000 году, – рассказывает его заведующая Наталья Коваль, – решили хуторяне создать в нашем клубе уголок казачьей культуры. Все то, чем его можно было оснастить, местные жители приносили сами из своих домов. Во времена, когда казачество было в стране под запретом, вещи эти они прятали, скрывали как могли.

Сохранилось, конечно, немногое, но вот тому, что сохранилось, найдено было отныне хорошее применение – здесь, в музее, обрело оно вторую жизнь.

– Здесь у нас уголок рукоделий хуторских мастериц, – показывает Наталья Трофимовна свои владения. – Кто-то из них вяжет крючком, кто-то занимается вышивкой, а еще кто-то мастерит изделия из кожи. А вот на таких гребнях в старину казачки шерсть чесали. Вот платочек – точно такие же платочки обычно казаки привозили из походов для своих невест. А вот это – прялка, на ней когда-то пряли нити местные казачки. Рядом гармонь – без нее ни один праздник в хуторе не обходился. Фигуру казака с подругой (в лихом казаке автор, видимо, запечатлел себя) изготовил когда-то местный житель Федор Савельевич Фирсов, которого теперь давно уж нет в живых. Интересно, что все части тела казака – подвижные, с ним можно даже за руку здороваться!

В царские времена казаки с одного хутора служили, как правило, все в одном полку – вместе одногодки шли на воинскую службу, вместе же с нее и возвращались. Их называли по-казачьи – «односумы», или же однополчане, сослуживцы. Многим из них доводилось в походы ходить – в Персиду да в Туретчину. Потому здесь, в музее, находится и походная кровать местного казака, или же «койка казачья походная». Когда казаку надо было ехать на войну, в дорогу отправляться, он складывал ее не хуже современной раскладушки.

Здесь же и самовар, главный атрибут домашней утвари казаков. Искрогаситель для печной трубы – вещь, также казаку необходимая…

Суровые нравы

Хранятся в новоольховском центре казачьей культуры и «Заповеди атамана Игната», написанные некогда известным булавинским сподвижником в борьбе с царским режимом за независимость Дона, атаманом станицы Есауловской Игнатом Некрасовым. Ему, а также и Семену Алексееву, или же атаману Драному, Булавин поручал самые ответственные боевые операции против карательных войск Петра I.

После поражения восстания Кондратия Булавина многие донские казаки-старообрядцы из его войска укрылись от преследований в Турции. Там их потомки жили вплоть до 70-х годов минувшего века, когда, наконец-то, в большинстве своем, они все же вернулись в Россию. В Турции они прожили не одно столетие и свято берегли на протяжении веков свою культуру.

Строгие нравы казаков-старообрядцев, их суровый образ жизни как нельзя лучше отразились в «Заповедях атамана Игната», которых, во избежание кары, должны были безукоризненно придерживаться казаки-старообрядцы, проживающие в Турции. Приведем, в подтверждение этого, хотя бы несколько из них:

Царизму не покоряться.

При царях в Расею не возвращаться.

На войне в русских не стрелять.

Против крови не ходить.

За измену мужа ему бьют сто плетей, за измену жены – закапывают ее по шею в землю.

За кражу бьют до смерти.

За кражу войскового добра – секут и горячий котел надевают на голову.

За убийство казаком казака убийцу живым закапывают в землю.

Если спутался с турками – смерть.

За измену войску, богохульство – смерть.

Кто не исполняет заветов Игната, тот погибнет…

Теперь эти суровые слова – не больше, чем напоминание о далеком прошлом, место свое они нашли теперь в музее. Однако нравы донских казаков и по сей день отличаются строгостью…

Поделиться в соцсетях