«Вытащите меня отсюда»: одинокая волгоградка оказалась в психлечебнице

«Вытащите меня отсюда»: одинокая волгоградка оказалась в психлечебнице
Жительница Волгограда Евгения Короткова пытается разобраться в непростой ситуации: ее пожилую подругу неожиданно для всех знакомых поместили в психиатрическую больницу. У пациентки нет близких родственников, которые по закону могли бы получить полную информацию о ее здоровье. Но волгоградка подозревает, что пенсионерка не давала своего согласия на госпитализацию, а на принудительном лечении могла оказаться из-за черных риелторов.

Однажды она не пришла

Они подружились уже в почтенном возрасте, когда обеим миновало семьдесят. Познакомились в своем дворе, свела вместе совместная любовь к животным: Евгения Петровна содержала собак, а ее подруга Ангелина (имя изменено. – Прим. авт.) неравнодушна к кошкам. Женщины созванивались с приютами, пристраивали своих найденышей.

У Евгении Петровны были уже взрослые внуки, в активном возрасте она была преподавателем в консерватории. Ангелина во времена СССР занимала одну из руководящих должностей на крупном предприятии, но семьи у нее так и не сложилось, поэтому новой подругой она очень дорожила.

Но в один из дней на привычном месте Ангелина не появилась. Не было ее и на следующий день, и через неделю.

– Стою возле подъезда, вдруг ко мне подходит незнакомая женщина и говорит: «Вы подругу свою ищете? А ее в психиатрическую больницу увезли. Такой там крик стоял, мы даже испугались», – рассказывает Евгения Петровна. – Я была в шоке. Мы нормально общались, и вдруг такое! Кто ее туда отправил, почему?

Короткова обратилась в полицию. Выяснилось, что Ангелина действительно попала в психиатрическую больницу.

Врачебная тайна

Шло время, а Ангелина в своем дворе так и не появлялась. Когда Евгения Петровна пошла навестить подругу, в свидании ей отказали. Это показалось подозрительным, и она стала обращаться во все инстанции, требуя объяснений отказа. Помог один из депутатов. Только после его вмешательства подруги встретились вновь. Но когда Короткова попросила врачей сказать, что с ее подругой, болезнь объявили врачебной тайной.

Настойчивость Евгении Петровны удивляла врачей и соседей ее подруги. Пенсионерка вместе со своей невесткой посещала больную два-три раза в месяц.

– Геля мне потихоньку сказала,  что увезли ее какие‑то незнакомые люди, забрали деньги и драгоценности, – рассказывает Короткова. – А еще она мне шепнула: «Вытащи меня отсюда».
Но когда в середине января к пациентке пришли подруги, им сказали, что в декабре Ангелину выписали.
– Я стала возмущаться тем, что ее куда‑то перевели и неизвестно, что с ней, – рассказывает женщина. – И вдруг узнаю, что никуда мою подругу не переводили! Видимо, кому‑то не понравились мои посещения. Тогда ответ быстро трансформировали так: «Да она сама к нам пришла и попросилась назад!»
Как говорят медики, такого произойти не может. После выписки из стационара человек ставится на учет, и его состояние постоянно отслеживается.
– Не так просто признать человека психически больным при отсутствии родственников, – говорит заведующий кафедрой психиатрии ВолгГМУ Назим Оруджев. – Необходимо коллегиальное принятие решения после проведения клинико-диагностического обследования.
След черных риелторов?

После визита Коротковой к начмеду стационара выяснилось, что через какое‑то время Ангелину определят в интернат. В какой именно, не уточнили.

Евгения Петровна по‑прежнему постоянно навещает подругу и опасается, что пребывание Ангелины в психиатрической больнице связано с чьим‑то желанием завладеть трехкомнатной квартирой пенсионерки, в которой к тому же немало ценных вещей.
В больницу мы отправились вместе с Коротковой, чтобы своими глазами увидеть пациентку.
К нам вышла пожилая спокойная женщина, которая искренне обрадовалась визиту приятельницы и вполне адекватно реагировала на наши вопросы. Выяснилось, что ее посещали еще какие‑то родственники.
– Три красивых парня и с ними женщина, – рассказала она.

Эта информация еще больше встревожила Евгению Петровну, которая тут же обратилась в прокуратуру. По рассказам Ангелины, у нее есть племянник, который живет в другом регионе, но она никогда его раньше не видела…

История действительно кажется очень подозрительной и тревожной. Не секрет, что незаконный отъем жилья у одиноких пожилых людей имеет место быть и в масштабах страны довольно нередко практикуется. Юристы рассказывают, что в их практике бывало и такое: человеку злоумышленники колют сильные препараты, жертва либо теряет рассудок, либо делает все, что ей говорят, в том числе подписывает, сама того не подозревая, дарственную на жилье. Вернуть квартиру можно, но придется нанимать юриста, пережить суды и потратить массу здоровья и денег, которых у одинокой пенсионерки уже не так и много.

Важный нюанс: чтобы на квартиру могло претендовать третье лицо, все обязанности по оплате услуг и уходу за хозяином должен осуществлять опекун, но только после того, как человека признали недееспособным.

Оформлена ли опека над Ангелиной и кем она будет осуществляться? Это, наверное, главный вопрос. Ответ на него пролил бы свет на многие странности. Пока же Евгения Петровна уповает на ответ прокуратуры. Мы тоже будем следить за этой историей.

МНЕНИЕ СПЕЦИАЛИСТА

Александр Томахин, юрист:

Без согласия человека, только по причине того, что у него произошел приступ, нет оснований для помещения его в психиатрическую больницу, кроме острого проявления болезни. Врачам необходимо связаться с родственниками, их местонахождение выясняется через управляющую компанию или правоохранителей. Госпитализированный без оповещения родственников находиться в стационаре может только в течение двух дней, и не более. Если он считается без вести пропавшим, тогда подается заявление в прокуратуру. Что касается диагноза, то и здесь я вижу нарушения. Врачи могут назвать диагноз подруге, но не вдаваться в конкретику: чем лечат, какие медикаменты применяют. По поводу конфискации имеющихся на больном и при нем денег и ценностей: оформляется протокол, который подписывает главный врач, главная медсестра и человек, который их принял на хранение. При заявлении пострадавшего о пропаже вещей подается заявление за подписью больного в следственный отдел.

нет

Добавить комментарий

Поделиться в соцсетях