#Я не боюсь сказать - благо или провокация?

#Я не боюсь сказать - благо или провокация?
В социальной сети бурно обсуждают флешмоб против сексуального насилия. Инициатором акции

#ЯнеБоюсьСказать в начале июля стала украинская журналистка Анастасия Мельниченко. Спустя несколько дней российское интернет-пространство переполнилось откровениями женщин, которые порой страшно читать. Особенно если их авторы – твои друзья и знакомые. Комментарии к ним – от «держись, мы с тобой» до «сама виновата» – тоже не для легкого чтения. Общество тут же раскололось пополам: на тех, кто поддержал акцию, и тех, кто резко ее осудил. Обе стороны выслушала и попыталась понять Наталия ЕРМИЛОВА.

Теперь не страшно?

«#ЯнеБоюсьСказать. В 15 лет меня изнасиловал отчим», «таксист завез меня в лес и надругался в машине», «молодой человек шел за мной всю дорогу от магазина и напал в подъезде», «когда мне было 14, в лифте меня изнасиловал взрослый мужчина»…

Соцсети прорвало на чудовищные истории. Не отмолчались даже российские звезды – в своем аккаунте в Facebook певица Виктория Дайнеко призналась, что несколько лет назад во время заграничной поездки она чуть не стала жертвой маньяка. Артистка Анита Цой на своей странице в соцсети также поделилась печальным опытом – в восьмилетнем возрасте она наткнулась на извращенца во время прогулки.

Зачинательница флешмоба Анастасия Мельниченко, по ее словам, подвергалась домогательствам с шести лет. Она надеется, что эта акция позволит оздоровить не только общество, но и каждого, кто стал жертвой насилия. Однако так считают далеко не все.

– Я полагаю, что социальные сети – это не то место, где стоит обсуждать подобные темы, тем более в том масштабе, в какой вылился этот флешмоб, – говорит волгоградский психолог Евгения Григорьева. – С такими вещами следует идти в правоохранительные органы. Либо же делиться переживаниями в специально созданных группах, где можно найти поддержку от таких же пострадавших.

Впрочем, специалист не считает, что подобные вещи вызовут еще большую волну насилия – кто хочет совершить подобный поступок, не нуждается в дополнительных стимулах. Однако тема, акууратно подбирает слова психолог, очень деликатная и однозначно не для широкой публики.

Информационная диверсия?

По словам специалистов волгоградского центра «Семья», к ним жертвы насилия приходят редко.

– Даже если кто?то обращается, то постфактум – пять лет спустя, восемь, десять, – рассказала одна из сотрудниц центра. – При этом речь идет не только и не столько о сексуальном насилии, а в целом о хамском отношении к женщинам со стороны мужчин.

Между тем, по словам православного священника Олега Кириченко, наш мир утратил представление о том, что такое стыд.

– Я искренне сочувствую женщинам, которые стали жертвами насилия, – говорит он. – Но нужно искать другие пути выхода из ситуации – обращаться в правоохранительные органы, идти к психологам, приходить в храм, где вас всегда поймут и помогут.

Служитель церкви уверен: подобные акции ни к чему хорошему не приведут.

– Я так говорю даже не как священнослужитель, а как человек, – объясняет Олег Кириченко. – Когда мы начинаем смаковать такие подробности, это становится для нас нормой. И вместо того, чтобы прекратить насилие, мы лишь нагнетаем ситуацию!

С тем, что результатом этого является тотальный негатив, который давит на человека и делает общество больным, согласен и председатель Общественной палаты Волгограда Михаил Харитонов.

– Слишком много негатива на нас обрушивается, – считает общественник. – С экранов телевизоров, со страниц газет, из Интернета. Мне тоже жаль женщин, но зачем рассказывать о случаях, которые произошли 5 или даже 10 лет назад?

Михаил Харитонов продолжает мысль предположением, что подобные флешмобы могут быть одной большой информационной диверсией, «направленной на то, чтобы еще больше погрузить наше общество в пучину агрессии и насилия».

Лучше молчать, чем говорить?

Но вот вопрос: кому это надо? А, может, все гораздо проще: что волна этих ужасных признаний женщин – как приговор черствому, бездушному обществу? И всем тем центрам семьи, телефонам доверия, всевозможным психологам, педагогам и прочим ответственным службам, которые плохо сработали, вовремя не заметили, ничем не помогли?

Анализируя эту акцию ученый-психолог Вера Пузанкова все больше утверждается в мысли – это лекарство.

– В плане социального развития общества – это хороший знак, – говорит она. – Пора прекращать «молчание ягнят»! Поднимая эту тему в Интернете, женщины дают возможность всему обществу осознать, принять и понять эту проблему.

Возможно, говорит специалист, это поможет изменить отношение к женщине, ставшей жертвой насилия. Ведь сейчас большая часть общества (особенно мужская), в том числе и сотрудники правоохранительных органов, нередко говорят: сама виновата.

– Но ведь это право женщины носить короткую юбку или возвращаться домой поздно вечером! – говорит психолог. – Всегда виноват насильник, агрессор, и именно это должно принять наше общество.

Затянуло в воронку правды

Но пока видно, что большая часть населения негативно относится к этой теме. В комментариях многие пользователи соцсетей открыто смеются над страшными откровениями.

«Девушки так подробно пишут о том, что было 20 лет назад, что, кажется, это единственное воспоминание о взаимоотношениях с противоположным полом», «а меня тоже ущипнули одноклассники на физкультуре», «в общежитии парни к нам в комнату приходили с гитарой. Песни пели и никто в уголок не тащил, под юбку не лез. Неправильные, видать, мужики попадались»…

– Отрицательно этот флешмоб может отразиться только на женщинах, которые рискнули поделиться откровениями, – считает Вера Пузанкова. – В психологии есть понятие «воронка правды». Женщина читает откровение другой женщины, и ее затягивает… Она тоже делится своей страшной историей, которая произошла в ее жизни. Это тяжелейшая ретравматизация. Женщина вновь опускается в пучину боли, унижения, ужаса. А подобные комментарии только еще более усугубляют травму.

Поэтому, делают вывод специалисты, поднимать эту тему в таком небезопасном пространстве, как Интернет, очень рискованно именно для самой жертвы насилия. Ведь психологи, когда работают с пострадавшими, сначала очень долго готовят его и очень осторожно прикасаются к больной теме.

– Да, наверное, психологи правы, – говорит волгоградка Ирина, участница акции. – Я поддалась сиюминутному порыву, написала, а когда мою историю прочитали родственники, все стало хуже. Мой совет девушкам – хорошо подумайте, прежде чем выкладывать на публику свою страшную тайну. Взвесьте все «за» и «против» и просчитайте возможные последствия…

Цифры в тему

По данным СУ СКР по региону, с начала этого года возбуждено 29 уголовных дел по изнасилованиям, еще 35 – по фактам совершения насильственных действий сексуального характера.

При этом 6 из 29 уголовных дел возбуждено по факту изнасилования детей и 20 из 35 – по фактам сексуального насилия в отношении детей. Максимальный срок наказания за подобные преступления – до 20 лет лишения свободы.

РЕПЛИКА

Интимной тайне много лет –

Зачем ее тащить на свет?

Сегодня в Сеть, а не тогда,

Когда случилась та беда.

Алексей Лесенин, поэт.

Волгоград

Хотите обсудить статью? Присоединяйтесь к нашей группе "Вконтакте":

https:// http://vk.com/v_pravda и делитесь своим мнением