Так кто же убил Сан Саныча?

Так кто же убил Сан Саныча?
В ответ на нашу публикацию «Кто отнял жизнь у Сан Саныча?» (ВП от 18.01.2017 г.) прокуратура области разместила информацию на своем сайте. По мнению надзорного органа, в этом деле нет никаких сомнений. И следствие, и приговор безупречны – такой вывод следует из официальной публикации. Хорошо, что надзорный орган отреагировал на материал «ВП». Это правильно – по каждому факту, вызвавшему общественный резонанс или затрагивающему права человека, нужно тщательно и объективно разбираться. Тем более что в нашем материале были обозначены вопросы, ответы на которые мы так и не смогли найти в ходе судебных слушаний. Увы, не прибавила ясности и информация прокуратуры.

Напомним, поводом для публикации послужило письмо из Ольховки, где мать обвиняемого в ДТП Конотопова просила о присутствии корреспондента «ВП» на суде. Галина Дремлюга, так зовут эту женщину, не скрывала: ее сын позорно сбежал с места происшествия, за что она просила прощения у родных погибшего.

Но вместе с тем женщина привела несколько фактов, которые не позволили равнодушно отбросить письмо в корзину. Например, как искали виновника наезда на погибшего, пытаясь опознать машину по «дворнику» от «семерки», хотя у Конотопова была «девятка». Как обнаружили «россыпь стекла» на месте ДТП, в то время как машина обвиняемого при осмотре полицией никаких повреждений, кроме отломанного куска пластмассы на бампере, не имела. Как провели без понятых и без указания иных данных осмотр другого автомобиля – кстати сказать, «семерки».

К моменту обращения Дремлюги в газету ее сын отсидел в СИЗО более 10 месяцев. Шел суд. И «выгораживать» Конотопова с нашей стороны было бы абсурдно. Тем более что в своей причастности к ДТП он признался сам.

Кроме этого, с места ДТП сбежал. Значит, его наказание неизбежно, и, по нашему мнению, парень должен нести ответственность!

Другое дело – какую. Три дня наш журналист Тамара Проскурякова внимательно слушала все, что говорилось в суде, но так и не выяснила для себя: стоял или лежал погибший, когда с ним столкнулся автомобиль?

Почему на машине обвиняемого нет никаких следов, кроме куска отломанной пластмассовой подвески, в то время как у физически здорового 53-летнего мужчины – тяжелые травмы?

От какой машины на месте ДТП россыпь стекла, которую указал в суде водитель скорой? Был ли там все-таки дворник от «семерки» или нет? Почему машину второго подозреваемого осмотрели и сфотографировали без понятых?

Ответы могли бы развеять сомнения в том, что в Ольховке не было двойного ДТП, когда одна машина сбивает человека, а вторая «цепляет» тело. Такая дикая история случилась в прошлом году в Волгограде – девочку-пешехода дважды переехали на дороге. Один водитель сбил (и то ли даже не заметил, то ли намеренно сбежал), а второй не увидел тело и задавил еще живую девочку, которую, возможно, могли бы спасти. Если бы первый водитель вызвал скорую. Если бы второй заметил сбитого ребенка на дороге...

А потому очень хочется, чтобы в ольховском ДТП подобные версии были исключены. И чтобы за случившееся ответили все причастные – пусть не уголовно или административно, но хотя бы по закону совести.

Как озвучил в суде фельдшер неотложки, в больнице пострадавший адекватно разговаривал. Однако смерть наступила в результате кровопотери – поломанное ребро воткнулось в легкое. Почему не сделали рентген? Была ли возможность прооперировать пациента? Вопросы без ответа...

На улице, где произошло ДТП, кромешная тьма. Не горел ни один фонарь. И это зимой, когда на дороге снег и наледь. Повлияло ли отсутствие и освещения улицы, и работ по ее расчистке на обстоятельства аварии? И снова вопросы без ответа.

Повторяем: мы не ставим целью выгородить того, кто был за рулем. Просто завтра на этой же дороге может оказаться другая машина и новый пешеход. И что – снова больница, смерть, следствие, суд?

Прокуратуре (к этому институту мы относимся с глубоким уважением) за реагирование – спасибо. На чаше весов – люди. Одна жизнь – отнятая, другая может оказаться сломанной. Человек – высшая ценность…

Галина Дремлюга готовит письма по инстанциям. У нее в деле сына, как и у нас – людей посторонних, осталось много вопросов.

DNG