«Переворачивался на трассе 18 раз!»

  • Работа в автосервисе помогает пилоту следить за состоянием стального друга
  • Летающая "восьмерка" Максима покрашена в цвета триколора
Опасность автокросса не мешает волгоградцу побеждать на обычной «восьмерке». Если королем автокросса считается багги, то как минимум принцессой следует величать ВАЗ-2108. Старая добрая «восьмерка» – излюбленная машина кроссменов, и большинство гонщиков предпочитают ее даже более современной «Ладе Калине». Один из самых колоритных автомобилей этого семейства находится в Волгограде – наш земляк Максим Глазков штурмует на нем грунтовые дороги ЮФО и Черноземья. На его счету огромное число побед и призовых мест на всероссийских соревнованиях. Волгоградца не пугают ни аварии, ни другие опасности, с которыми можно столкнуться на гоночной трассе. Корреспондент «СПОРТ-ТАЙМ» Адиль ЗОДОРОВ встретился с чемпионом и узнал о специфике состязаний в национальном классе и подробностях строения его «боевого коня».

«Безвыходное» положение

– Как вы попали в автокросс?

– Как-то раз я ответил на этот вопрос следующим образом: шел, увидел дверь с надписью «Автокросс». Зашел, а как выйти, не знаю. Если же серьезно, то мой начальник в автосервисе – бывший раллист. И он не раз предлагал попробовать себя в автоспорте. А затем к нам пришел работать Юрий Меняйлов – опытнейший кроссмен, который ездит на багги. В итоге они вместе уговорили меня съездить с ними на соревнования в качестве зрителя. Увидев гонки однажды, я сразу понял – да, я буду заниматься автокроссом. Вот уже 10 лет в этом деле.

– С первого дня на «восьмерке»?

– Нет, сначала была «девятка». Позже понял, что задние двери – это совершенно лишний элемент, пересел на свою первую «восьмерку». Она у меня пострадала в аварии так, что не подлежала восстановлению, так появилась еще одна ВАЗ-2108, та, на которой езжу сейчас.

– Что за авария была?

– На гонке в Ростове перевернулся. Кувыркался довольно долго, где-то в Интернете даже видео есть. Сам отделался испугом, а вот от машины унес колеса да заднюю балку. Авария и столкновения в автокроссе – явление частое. За 10 лет я переворачивал машину раз 18. Бывало, что в бок въезжали, как-то раз автомобиль другого участника вообще оказался у меня на крыше. Плюс постоянно бывают небольшие притертости. Правилами контакт запрещен, но он неизбежен, особенно на поворотах.

– Встречаются те, кто идет на контакт намеренно?

– Таких единицы. Вообще кроссмены – это дружное сообщество. Очень редко найдется тот, кто решит на трассе поступить подло. Есть такие, кто может намеренно въехать тебе в заднее крыло, чтобы тебя развернуло, но, повторюсь, их очень мало. Мы с ними обычно беседуем на эту тему, объясняем, что так нельзя. Вроде кивают, понимают, но манеру езды не меняют.

«Деньги уже не считаю»

– Что об увлечении говорит семья?

– Поначалу родные были всеми руками за. Затем им «посчастливилось» увидеть серьезную аварию с моим участием. После этого отношение изменилось, даже скандал был. Но в целом семья продолжает поддерживать меня. Сам понимаю, что они переживают, плюс мое хобби отнимает немало времени и средств, но, как уже сказал, я в эту дверь вошел, а выхода не вижу.

– Кстати, о деньгах. Сколько вложено в вашу машину?

– Сейчас уже не могу сказать. Раньше записывал все расходы в блокнотик, но потом понял, что это бессмысленно. На тот момент там была указана сумма то ли 450, то ли 470 тыс. рублей. Это расходы примерно за три года, без учета средств, затраченных на постройку автомобиля.

– Все работы, как я понимаю, проводите сами?

– Разумеется. В свободное от основной работы время. Разве что двигатель модифицировали не сами, ну и ребилдинг стоек в нашем городе не сделаешь. Они для этого отправляются в Орел. Подвеска у меня, по сути, раллийная –

другая тех нагрузок, которые выпадают во время гонок, выдержать не сможет. У нас ведь автомобили иногда по-настоящему летают, отрываясь всеми четырьмя колесами от земли.

– Что еще необычного в вашей машине?

– По большому счету, все обычное, потому что я выступаю в классе Д2Н – национальном. Требования таковы, что конструкция автомобиля должна быть отечественной. Дошли до того, что даже резину иностранных производителей использовать нельзя. Поэтому у меня близкая к раллийной подвеска, двигатель с недавних пор от «Приоры», только чуть модифицированный. Поняли в РАФ, что старые карбюраторные моторы уже неактуальны, разрешили это новшество. В салоне у меня ничего нет, кроме спортивного водительского сиденья. Стекол тоже – вместо них сетки. Разумеется, вварен каркас безопасности.

Заезд «вслепую»

– Почему кроссмены так не любят стекла?

– Особо чистоплотные ездят с лобовыми, даже сам первое время пробовал так. Но это невозможно: со всех сторон на тебя летит грязь, дворники с нею просто не справляются. Там же не брызги, а целые клочки земли, и все это дело размазывается по стеклу. В результате ты ничего не видишь. Хотя была одна история, когда в принципе никто ничего на трассе не видел.

– Расскажите.

– Это снова был Ростов. Время близилось к вечеру, смеркалось, мы уже стояли на старте полуфинального заезда. Ждали, пока расчистят трассу. Ждали долго. Когда стемнело, все расслабились – подумали, сейчас нас развернут, а выедем только утром. Но не тут-то было. Проходит мимо нас стартер, все уже ждут, что он скомандует разворачиваться, но вместо этого загорается светофор. И тогда я впервые изменил свою стратегию на гонку. Обычно все стремятся войти в первый поворот в роли лидера. А я намеренно пропустил вперед двоих.

– Почему?

– Замечу, что на наших машинах фары попросту не предусмотрены. Есть только задние, и расположены они не там, где предусмотрено заводом, а внутри салона – иначе будут разбиваться в каждом заезде. Все гонки проводятся днем, поэтому освещение ни к чему. А тут пришлось ехать в темноте. Я подумал: первый будет двигаться практически на ощупь. Второму ориентиром послужат его задние фары. А у меня таких ориентиров сразу два. В итоге я три круга держался за ними, на четвертом решил пойти в атаку и в итоге финишировал первым. Но это, конечно, было что-то с чем-то. Ведь на последнем, шестом, круге я еще и без очков остался.

– А это как произошло?

– Поясню: очки у нас с лентопротяжным механизмом. То есть когда ты понимаешь, что видимость уже никакая, просто срываешь слой пленки и тем самым очищаешь себе обзор. А на последнем круге той гонки лента у меня и закончилась. Срывать было нечего, пришлось просто снять очки и в дальнейшем вытирать глаза рукой. Потом всю ночь глазными каплями пользовался. Это была единственная ночная гонка в моей жизни. Обычно все проводится исключительно днем. Никак не влияют только погодные условия: ни ливень, ни град, ни землетрясение не способны воспрепятствовать соревнованиям по автокроссу.

Досье «СПОРТ-ТАЙМ»

Максим Глазков

Родился 21 февраля 1983 года.

Чемпион Ростовской области, серебряный призер чемпионата ДОСААФ России.

Команда: СТК «Возрождение».

DNG

Поделиться в соцсетях